Тайна «розового камзола»: Кто на самом деле спас наследие «Кыз Жибек»?

Журналист Ораз Алимбек на своей странице в Facebook раскрыл историю этого артефакта, которая уходит корнями в личную драму создателей картины — режиссера Султанахмета Ходжикова и художницы Гульфайрус Исмаиловой.

Камзол, вышитый душой

Мало кто знает, что знаменитый розовый камзол, который носила актриса Меруерт Утекешева, не был просто «реквизитом» из цеха. Его собственными руками сшила и вышила Гульфайрус Исмаилова.

«Гульфайрус хранила этот камзол у себя до конца жизни, словно он был частью её души, вышитой тончайшими нитями», — пишет журналист.

Причина, по которой вещь осталась в частных руках, а не в фондах «Казахфильма», кроется в равнодушии советской бюрократии. В то время чиновники от культуры не видели в костюмах исторической ценности.

Противостояние братьев: «Алдар Косе» или величие степи?

История создания «Кыз Жибек» — это история борьбы за национальное достоинство. У режиссера Султанахмета Ходжикова был конфликт с братом Кулахметом (тоже художником).

• Кулахмет, переживший сталинские репрессии и знавший страх перед Москвой, советовал брату снимать фильм «экономно и скромно», как «Алдар Косе».

• Султанахмет же стоял на своем: «Казахская культура была богатой, и мы обязаны показать это величие».

Из-за жестких ограничений бюджета Султанахмет и Гульфайрус практически не получали зарплату — все деньги уходили на дорогую американскую цветную пленку и реквизит.

15 лошадей вместо тысячи

Советские идеологи боялись «казахского духа». Режиссер мечтал о батальных сценах с тысячами всадников, но чиновники разрешили оставить в кадре только 15 лошадей. Они опасались, что вид конного войска пробудит в народе искру вольности. Эти запреты подорвали здоровье Ходжикова — он закончил фильм, будучи тяжело больным человеком.

Почему камзол у Баян Алагузовой?

По мнению Ораза Алимбека, то, что реликвия сейчас находится у Баян Алагузовой — это осознанный выбор семьи Исмаиловой или самой судьбы.

1. Сохранность: В государственные архивы того времени Гульфайрус отдавать вещь побоялась — там она могла просто сгнить или потеряться.

2. Преемственность: Баян не просто владеет вещью, она её популяризирует. Установка юрты перед домом, коллекционирование изделий национального ремесла (сырмақ, текемет) делают её в глазах журналиста «продолжательницей дела Султанахмета и Гульфайрус».

3. Репликация: Алагузова объявила о создании 600 копий (реплик) этого камзола. Это не просто бизнес, а возвращение национального стиля в гардеробы современных казашек.

«Пока в правительстве не сформируется культура бережного отношения к искусству, пусть такие сокровища лучше хранятся у тех, кто понимает их истинную цену», — резюмирует журналист.